Коньки на крышах

Коньки на крышах - раздел Производство, Добрых рук мастерство Почти Каждый Музейный Экспонат Имеет Чем-Нибудь Примечательную "биографи.

Почти каждый музейный экспонат имеет чем-нибудь примечательную "биографию". В ней и вся жизнь предмета, годами служившего людям, и история его происхождения, часто уходящая в глубокую древность.

В одном из залов музея высоко на стене поместились две деревянные скульптуры загадочных зверей. Мощная выпуклая грудь, лебединая шея, навостренные уши. Выразительны силуэты фигур с величаво склоненными головами. Серебристое дерево со следами мха и лишайников местами будто тронуто золотом. Извивы волокон древесины напоминают узоры вспенившейся волны. В фигурах чудится что-то дремучее, идольское. Вглядевшись, узнаем изображения коней. Они с Севера. Одного привезли из тарногских лесов Вологодской области, другого - с Северной Двины. Каждому более ста лет. Третий охлупень, находящийся теперь в фондах музея, был во время одной из экспедиций на Северную Двину снят с заброшенного, готового рухнуть дома, построенного в 1854 году. Этому коню - 130 лет.

Русский Север - край потомственных древоделов. Здесь возводились деревянные храмы и колокольни, удивляющие гармонией пропорций, циклопичностью своих седых бревен. И теперь вологодская и архангельская деревни - это стихия дерева. Почти каждый крестьянин - более чем хороший плотник: умеет и дом срубить, и украсить его.

Традиционное украшение - конек на крыше. Мастерски владея топором, северянин вырубает голову и грудь коня из корневища старой лиственницы или ели, плотная смолистая древесина которых стойко сопротивляется времени и невзгодам сурового климата. Тяжелое бревно-охлупень с конем строитель поднимал на крышу избы. Концы тесин кровли плотно входят в желоб, выдолбленный снизу, вдоль всего бревна. А конь над фронтоном как замок закрепляет их и придает прочность всей конструкции покрытия.

Двускатные кровли изб часто имеют такую протяженность, что одного охлупня недостаточно. На крыше укрепляют два бревна корневищами в противоположные стороны и каждое получает скульптурную обработку. Один конь глядит на улицу, другой смотрит в поле или в лес за домом.

Пластика этой своеобразной скульптуры, в которой скупо выявлены только основные формы, великолепно согласуется с пластикой бревенчатого сруба. Возвышаясь над фронтоном, скульптура завершает композицию фасада избы.


В натуре северного строителя-плотника постоянно проявляется художник. В изгибах корней он угадывает очертания конской головы или головы птицы (птицы тоже украшают щипцы кровель, особенно часто на избах по реке Пинеге) и талантливо превращает случайную природную форму в художественно выразительную. Ни один конек не похож на другой, с соседней избы. То он гордый и стремительный, то могучий, богатырский, то маленький, скромный, будничный коник. И птица предстает или в виде утицы, или в образе сказочной царь-птицы с причудливым навершием-короной вместо гребня.

Неокрашенное дерево от ветров и дождей постепенно темнеет, покрывается узорами мха. Освещенное солнцем, под светлым северным небом дерево приобретает серебристый оттенок, и скульптура будто парит в воздухе. В дождливую погоду на фоне свинцового неба конь-охлупень рисуется черным грозным силуэтом. В белую ночь конек фантастичен. Коньки живут вместе с природой.

Когда входишь в северную деревню и почти с каждой крыши смотрит на тебя такой конь, кажется, что это все стражи домашнего очага, выражающие "душу" дома. Трудно не поддаться обаянию этого сурового впечатляющего искусства. Вначале охватывает странная робость: ведь каждый конь так реален при всей условности образа. На смену ей приходит радость от встречи с творениями талантливых мастеров.

Конь-охлупень. Кон. XIX в. Заостровъе, Архангельская губ

Кони украшают не только кровли огромных, словно корабли, северных домов. Конские головки вырезают на изогнутых концах крепких тонких бревен, поддерживающих желоба водостоков, в которые упираются нижние концы тесин кровли. Называются они "курицами". Конскую голову можно увидеть над крыльцом, на крышах амбарчиков, на банях. Миниатюрные и лаконичные конские головки украшают даже двускатные кровельки намогильных столбов и крестов-"голубцов" на старинных погостах по всему русскому Северу, от Карелии до Печоры.

Образ коня - один из любимых и древнейших в русском народном искусстве. Он повторяется и во внутреннем убранстве дома, в росписях и скульптурных деталях утвари, в вышивках.

В некоторых местностях Севера вошедшего в избу у печи встречает "охраняющий" очаг конь - крутой завиток навершия толстой доски с головой животного (как в сказке, там тоже кобылица "змеем голову свила"). Эту резную плаху, подпирающую шесток, ласково называют "коничек". У стены мы увидим длинную скамью с подлокотниками в виде конских голов, а на столе - ковш или солоницу с конской же головой. И на полотенце, обрамляющем зеркало, может быть вышит конь. На прялках среди травных завитков - то красный, то золотой конь со всадником или в упряжи.

Конь-охлупень. Кон. XIX в. Шенкурский уезд Архангельской губ

Образ коня имеет глубокий смысл. Издавна конь был помощником земледельца и другом ратника. В богатейшем русском фольклоре конь запечатлен как «вещий», «ярый», как прекрасное животное, олицетворение силы, красоты, добра и охранительного начала. Он связывается с древними языческими представлениями славян-земледельцев о природе. Конь символизировал солнце, движущееся по небу. Отражением, отголоском этих древних понятий можно считать обычай окрашивать деревянные игрушки-коники в красный цвет.

До сих пор в некоторых местах бывшей Олонецкой губернии сохранились кони-охлупни, соседствующие со знаком солнечного круга, вырезанного на «полотенце» — доске, прикрывающей стык досок у щипца и спускающейся из-под конька.

Кони-охлупни северных областей, особенно Вологодской и Архангельской, имеют ярко выраженные особенности монументальной скульптуры.

Конь-охлупень. 1854. Шенкурский уезд Архангельской губ

Конь-охлупень. Кон. XIX в. Шенкурский уезд Архангельской губ

Конь-охлупень на крыше амбара. XIX в. Вологодская губ

Коньки украшали избы в Ярославской, Костромской, отчасти в Тверской, Московской, Нижегородской губерниях. В отличие от коньков Севера они вырубались не на концах мощных охлупневых бревен, а на верхних концах причелин, перекрещивающихся над фронтоном. Таким образом возникал легкий, как узор, мотив парных конских головок. Парные коньки на крышах встречаются в Прибалтике, Северной Европе, Швейцарии, Польше, Словакии.

Древность происхождения мотива парного конька и вообще образа коня как оберега в декоративном искусстве подтверждается находками археологов на территории нашей страны. В погребениях славянских и угро-финских племен до X-XII веков обнаруживаются гребни с конскими головками, женские украшения, так называемые "коньковые подвески".

Со временем представления о символическом значении коня слабели и превращались в фольклоре в традиционные поэтические формулы (конь верный, добрый, сказочный Сивка-Бурка, наделенный волшебной силой), а в искусстве - в декоративные образы и мотивы. Для примера можно указать на конские головки в резных навершиях ярославских теремковых прялок и в медных оправах маленьких прялочных зеркал.

Конь-охлупень как важный конструктивный и художественный элемент кровли еще сохраняется в ряде мест. Нередко возле строящегося дома среди бревен и стружек виден новый охлупень, который вскоре поднимут на крышу и там, рядом с радиоантенной, конь займет свое почетное место. "В нем вся красота дома",-услышишь иной раз от хозяина. И с этим трудно не согласиться.

Сослуживших службу, обветшалых коней сбрасывают. И лежат они на зеленых лужайках за избами, у обочин дорог, на пустырях, постепенно врастая в землю, все такие же гордые и величавые.

Музейные работники во время экспедиций стараются собрать эти памятники, сохранить, раскрыть их значение, показать их красоту людям.

Творения северных плотников обретают новую жизнь уже в качестве экспонатов, с которыми знакомятся тысячи посетителей Русского музея.

По материалам сайта: http://allrefs.net