Станице Романовской – 400 лет!

Лет пятнадцать назад ваша газета подняла тему о дате рождения станицы Романовской. Статья отложилась в памяти, так как Романовская – моя малая родина, родился и вырос в станице. В той публикации житель станицы Михаил Степанович Толстов приводил убедительные доказательства более раннего, нежели считалось, рождения станицы. Раньше, при въезде в районный центр, на указателе было написано: «Станица Романовская. 1672 год». Сейчас там другая дата – 1613 год! Значит, все-таки найдены доказательства более раннего рождения станицы. Нельзя ли рассказать об истории станицы подробнее, ведь, получается, что в следующем году мы будем праздновать 400-летие станицы! Думаю, это будет интересно многим горожанам, ведь, среди них немало уроженцев станицы. Многие волгодонцы любят отдыхать на Дону в Романовской, с удовольствием посещают станицу во время бардовских фестивалей. Любопытно, что за человек был - Смага Чершенский, памятник которому установлен при въезде в станицу.

О времени рождения городов и поселков нередко спорят. Ничего удивительного в этом нет. Чем старше населенный пункт, тем труднее отыскать и назвать совершенно точную и определенную дату его появления. Да, и сама эта дата тоже ведь не так уж очевидна. С чего начать отсчет? Со времени, когда появилась первая хата, построен первый дом? Или когда выросло целое поселение, поселок признан официально?

Старая казачья станица Романовская, несомненно, имеет и дату рождения, и основателя. Однако никому пока не удалось точно выяснить, кто и когда ее основал.

Есть лишь один точный свидетель тех давних событий – батюшка Дон…

«Ай да ну, кормилец ты, наш Тихий Дон,

Доночек ты, наш Дон да Иванович!


Ай, да, про тебя–то, наш тихий Дон,

Да, лежит она, слава добрая,

Слава добрая, да речь хорошая!» - так поется в одной из старинных романовских казачьих песен. Но Дон не выдает тайну рождения станицы.

- Старожилы станицы, ссылаясь на исторические источники, действительно, на протяжении многих лет оспаривали официальную дату рождения Романовской 1672 год и доказывали, что станица приближается к своему 400-летию в 2013 году, - рассказывает краевед, помощник главы администрации Волгодонского района Светлана Шендерук. – К работе с архивами подключилась группа станичников – краеведов, которым небезразлична судьба родного края. Мы изучили самые разные версии, подняли архивные документы, перелистали страницы многих исторических трудов и нашли подтверждения. Современные казаки, романовцы, не хотят быть иванами безродными. Им есть, что помнить и чем гордиться. История Донского казачества пронизана честью и подвигами казаков и их атаманов, служением Вере, Дону и Отечеству.

Смага Чершенский

В 1912 году в журнале «Донские Епархиальные Ведомости» была опубликована статья священника станицы Анатолия Наумова, отмечавшего, что в 1913 году у них будет два праздника – 300-летие династии Романовых и станицы Романовской.

В журнале «Донская духовная старина» №4 за 1915 год на листе 27 опубликованы сведения о церквях ст. Романовская, предоставленные Воронежской консисторией. В краткой исторической справке указано, что ст. Романовская «первоначально располагалась на правом берегу р.Дон в месте, так называемом Романов Гусятник известный с 1613-1614 годов. Церковь около 1670 году была срублена из шпального дерева в замок, в 1696 году построена вновь тщанием прихожан».

По мнению известного донского историка В.Н. Королева станица основана была гораздо раньше 1672 года, т.к. упоминалась в исторических источниках в 1670 году как одно из крупных донских поселений.

Первые сведения о возникновении казачьих городков относятся к первой половине — середине XVI века. В Московской Руси все подданные царя, от боярина до последнего холопа, считали себя рабами государя. На Дону же изначально господствовал принцип личной свободы. Это и легло в основу менталитета донских казаков, сильных, гордых и вольнолюбивых сынов Тихого Дона.

В годы смутного времени на Руси на Дону казаки избирают атаманов всего войска Михайло Степановича Чершенского, больше известного под именем Смаги Чершенского. происходил он из небогатого княжеского рода; грамотный, умный, осторожный, хороший тактик и неплохой стратег. С одной стороны, он последовательно придерживался московской ориентации, с другой – умел считаться с настроениями вольных казаков.

Когда с западных границ пахнуло польской интервенцией во главе с самозванцем Лже-Дмитрием, заявившем свои права на московский престол, атаман Чершенский осторожно заявил о своей готовности поддержать «царевича Дмитрия». Однако, не спешил, предпочитая зорко наблюдать за развитием событий.

В конце 1612 года на Дону появилось посольство польского короля Сигизмунда Ш. Глава миссии потребовал от казаков присяги на верность. Умный и осторожный Смага Чершенский внимательно выслушал королевских посланцев, но присягнуть на верность королю Польши отказался.

В конце 1612 года русское ополчение вместе с казаками изгоняет поляков из Москвы. Надо было избрать нового царя на Руси. Бояре старались предложить того, кто им ближе. Казаки требовали избрать царем Романова Михаила Федоровича.

В связи с избранием в 1613 году на престол Михаила Федоровича Романова, казачий войсковой атаман Михайло Степанович Чершенский отправляет в Москву делегацию «бить Государю челом от вольнаго Дона и от всего Войска Донского». Молодой царь приветливо встретил посланников и щедро наградил казаков, послал на Дон «государево» жалование и первое Российское знамя казакам в знак их большого вклада в победу над поляками и самозванцами в тяжкие годы смуты. Так начались вековые отношения донских казаков с царствующим домом Романовых.

С этого момента вольное Войско Донское вошло в состав Московского царства. «Чтобы закрепить в памяти потомства означенные события, атаман Михайло Чершенский основывает на Дону станицу и называет её в честь царствующего дома Романовской. Это случилось, несомненно, в том же 1613 году…» (Ростовский государственный архив, неофициальный отдел, газета «Донские Епархиальные Ведомости, 1 октября 1912 г. № 29). По версии Наумова, атаман Чершенский выделил сотне казаков место, где они должны были поселиться. Станица начала обживаться и расти на правом берегу Дона в лучке, на низменном месте, ежегодно затопляемом в период паводка.

В 1820 году станица «сидела» на правом берегу Дона, на месте ее нынешнего расположения был хутор Задонский. В кратком историческом очерке упоминается, что с 1840 г. станица перенесена на нынешнее место.

Набеги врагов и сильные разливы

В работе Мордовцева «Доно-Каспийская степная область», опубликованной в книге «Живописная Россия: Отечество наше в его земельном, историческом и бытовом значении», изданной в 1899 году Сибирским издательством товарищества Вольфа: «В историческом отношении могут быть упомянуты две станицы – Романовская и Потемкинская: первая из них основана в память поимки казаками своего «вора» Ивашки Заруцкого с «Маришкою – прелестницею» и названа так в честь дома Романовых».

7 декабря 1672 года донской атаман Фрол Минаев отправил в Посольский приказ Москвы доклад о городках, возникших по Дону. Упомянул он 48 городков, под номером 29 значился Романовский. Первоначально станица находилась на правой стороне Дона, в двух верстах (2,12 км) к западу от нынешней. Но река постепенно меняла русло, и Романовская оказалась на левой стороне, открытой для неприятельских нападений. Поселенцев тревожили кубанские татары (кубанцы) и черкесы. Так, летом 1706 года они разорили Цымлу, Тернов, Кумшак, Романов и Каргалы. Казаки нагнали захватчиков на реке Сусат в районе Раздорской станицы и отбили все похищенное. Пострадала Романовская и в 1735 (по другим источникам – в 1737) году, когда была уничтожена соседняя Кумшацкая станица. В ночь на 30 июня взяли в плен возле станицы пятерых отставных и одного служилого казака, 22 казачьих жены, 9 мальчиков и 21 девочку, отбили у станичников 450 лошадей, 1050 коров, 50 телят, 3000 овец, сожжено 54 летних база, 3000 копен хлеба в поле. Еще одному нападению станица подверглась в 1749 году, сведений о нанесенном ущербе нет.

Неспокойная жизнь в ожидании врага, сильные разливы Дона заставили казаков перенести поселение на правый берег, на более возвышенное место. Точная дата переселения не установлена. Но в Ростовском государственном архиве хранится разрешение Воронежского Преосвященного, к епархии которого относилось Войско Донское, на перенесение деревянной Архангельской церкви на место нового поселения, документ датирован 1751 годом.

В тот год в приходе числилось 75 дворов и 517 прихожан, церковную службу вел один священник и два причетника.

В 1757 году церковь освящена во имя Архистратига Михаила. Как видно из описи, имущество было скудным: «сосуды оловянные, напрестольное Евангелие в медной оправе, крест чеховой, священнических риз две и два деревянных подсвечника» (Ростовский госархив, неофициальный отдел, «Донские Епархиальные Ведомости», 1882 г. №19).

К 1763 году приходских дворов стало ещё меньше, и числилось за церковью их 65, в них проживало 476 человек.

В начале 1771 года в Китай ушли 28 тысяч калмыцких кибиток, и степь между Доном, Волгой и Предкавказьем опустела. Этим воспользовался горский князь Сокур-Аджи Карамурза. На восходе солнца 30 июня станица была захвачена: убито 7 и в плен взято 54 человека, полностью разграблена и разорена церковь, вывезены церковные сосуды, оклады икон, свечи, ладан и даже языки от колоколов.

В «Донских областных ведомостях» за 1902 год (№ 226) рассказано о судьбе уведенной черкесами жены казака Куприяна Невидимова – Прасковьи. Шесть лет она находилась в плену. Поехавший «с торгом в Большую Кабарду казак Павловской станицы Алексей Синилин встретил ее в жилище Кабак-бея-Мусатовича на горе Бештау» - район нынешних Кавказских Минеральных Вод. Атаман Алексей Иловайский поручил полковнику Табунщикову вывезти ее на Дон.

Трагична судьба другой станичницы – Сибирчихи (Сибирсковой), описанная донским историком Андроником Савельевым, происходившим из старейшего дворянского рода Савельевых станицы Романовской.

Маленькой девочкой её угнали в плен ногайцы. Спустя десятилетия, казаки напали на этот аул, опознали и вернули женщину в родные края. Савельев застал ее столетней старухой, которая часто выходила в степь, смотрела в сторону, где была в плену, плакала и причитала: «Детки, мои детки. ». А дело было так. В плену её выдали замуж, она родила детей – ногайцев, с которыми была разлучена, возвратившись на Дон.

Сокурово нападение, известное как «Романовское разорение», сыграло роковую роль в судьбе бывшего войскового атамана Степана Даниловича Ефремова, которого в ноябре 1772 года арестовали, препроводили в Санкт-Петербург и отдали под следствие и суд. Приговор, вынесенный Государственной Военной Коллегией, гласил: «… к лишению живота…». Но в грамоте «Ея Императорское Величество по беспредельному своему милосердию от приговоренной судом смертной казни и телесного наказания …простить …лиша всех чинов, отлучить от здешнего общества и жить вечно в Пернове, куда уже он отправлен». Со временем смягчили и это наказание. Доживал бывший атаман Ефремов свой век в Петербурге и похоронен был в 1784 году в Александрово-Невской лавре, немного не дожив до 70 лет.

Тяжелыми последствиями для Романовской мог обернуться очередной набег в 1773 году, татары угнали многих станичников и почти весь скот. Сообщение о набеге успели передать в Цымлянскую старшине Илье Рышкину. Собрав 130 казаков, 67-летний казак бросился по следу уходивших захватчиков. Настигли и отбили все захваченное, перебив четыре десятка налетчиков. Тут подошла еще подмога -170 казаков – цымлян, они стали преследовать татар. Но они ушли, будучи уже налегке.

Три года не могли оправиться станичники от разорения, лишь в 1774 году получили «благословенный указ» на постройку вместо ветхой разоренной церкви новой, на том же месте. Строилась церковь силами станичников и была освящена только 7 ноября 1782 года (Ростовский госархив, неофициальный отдел, «Донские Епархиальные Ведомости», 1882 г. №19).

Одиннадцать лет не совершали романовцы литургии, жили «вдали от Бога».

В 1815 году указом из Воронежской Консистории было велено ветхость церкви исправить и подвести под нее каменный фундамент. Исполнен сей указ казаками–станичниками или нет - неясно, но есть свидетельство о том, что в 1818 году была построена при церкви деревянная колокольня.

Церковь Архистратига Михаила просуществовала до 1842 г. а 4 октября около полуночи по неизвестной причине вспыхнул в ней пожар, потушить который станичники не успели. Вместо сгоревшей была построена в 1846 году на новом месте новая церковь – деревянная, но на каменном фундаменте. С такой же колокольней, однопрестольная. Стоимость этой постройки равнялась 13 тысячам рублей. Самую большую ценность в ней представлял подарок правления Войска Донского – резной иконостас, заказанный в Санкт-Петербурге и стоивший 25 тыс. рублей.

События следующих лет были печальны для станичников. Они пережили опустошительную эпидемию холеры. Такая же эпидемия вспыхнула позже и в 1891 году. В 1853 году из-за пожара дотла выгорело 25 дворов.

Жизнь собачья, да слава казачья…

Тяжела была жизнь донского казака. Природа Донского края позволяла заниматься охотой и рыболовством. Но основным источником дохода была военная добыча. Отправляясь в дальние походы, строили струги. По возвращении, добычу дуванили (делили) между собой.

На занятие земледелием вплоть до конца 18 века был наложен запрет, «чтоб никто нигде хлеба не пахал и не сеял, а если станет пахать, того бить до смерти и грабить». Хлеб, как и оружие, порох и сукно, казаки получали в качестве царского жалования. Но его не хватало, это и понудило казаков заняться земледелием. Служивые получали земельный надел в 20 десятин. За верную службу царю по охране южных границ они пользовались правом беспошлинной торговли, освобождались от государственных податей и повинностей.

Денежные казаки, атаманы и старшины скупали лучшие земли, леса и угодья, а для работы на них нанимали иногородних безземельных крестьян. В то время, когда дворяне и зажиточные казаки имели свыше 300 десятин земли каждый, тысячные табуны лошадей и отары овец, крестьянам принадлежало менее 10 десятин на душу мужского пола, так как на женщин и детей земля не выделялась.

Многие крестьяне хотели бы стать казаками. Но для этого надо было прожить на Донской земле много лет, обзавестись личным хозяйством, иметь коня с полной амуницией, оружие и казачью форму, стоившую свыше 300 рублей серебром.

«Терпи, казак, – атаманом будешь», «Жизнь собачья, да слава казачья» - эти пословицы свидетельствуют о нелегкой доле служивого. Воинская служба, частые походы, непосильные расходы, сторожевая охрана нелегким бременем ложились на жизнь казака.

Лишь казачьей верхушке жилось вольготно. В донесении правительству старшина Серебряков сообщал, что войсковой атаман и старшины «наглыми обидами и насильно вспомогательными граблениями довели казаков до самого крайнего разорения…, отчего почти все сильно задолжали, бедные казаки принуждены жилища свои, сенокосы и прочие угодья заложить у старшин с большими процентами».

Рядовые бедные казаки и беглые донцы представляли взрывоопасную силу на вольном Дону. Из России доходили вести о Крестьянской войне под предводительством Емельки Пугачева. В 1775 г. казаки «из станиц Цымлянской, Романовской и других хуторов собрались в Кумшацкой, и против командиров своих взбунтовались, старшего утопить хотели, избили одного полковника и разъехались». Это было первое свидетельство казачьего неповиновения.

Долгое время основной заработок давал казакам соляной извоз. За солью ездили на волах на Маныч. И продавали на ярмарках в Гниловской, Елисаветовской, Казанской станицах. В 60-е годы более полусотни романовцев имели статус торговых казаков: платили в войсковую казну по 200 рублей ежегодно и освобождались от воинской службы. Больше всего богатых казаков было в роду Николаевых, Скакуновых, Беловых, Гнутовых, Гладковых, Забазновых, Исаевых, Персияновых, Хухлаевых, Шаминых, таких фамилий в Романовской много и сегодня.

Население станицы было в основном неграмотным, лишь приезжие умели читать и писать, но казаки не хотели быть от них зависимы.

В 1862 г. было открыто первое учебное заведение – 3-классное мужское, чуть позже – женское. В распространении образованности станица стала одной из самых передовых на Дону.

«Романовское училище. Учитель Туляков. 2785 жителей, старообрядцев 669. Дом училища очень хорош и помещение чистое.1867. Июль, 20 день». (Ростовский госархив, ф.358, оп. 1, д.353)

В 1891 году «Донские епархиальные ведомости» сообщают о группе казаков Романовской, исповедующих православные каноны, среди них Аносовы, Гладковы, Морозовы, Скакуновы, Сысоевы, Хухлаевы.

В 1869 году, по просьбам торговых казаков, Волго-Донское общество по железным дорогам и пароходству перевезло пристань из ст. Цимлянской в Романовскую. (Донской вестник № 28, 1869 год, 21 июля).

В 1888 году в Романовской открыто почтово – телеграфное отделение.

29 марта 1892 года Михаил Наумов совершил обряд освящения и торжественного открытия Народной уличной библиотеки. Сын Михаила Наумова Анатолий продолжил отцовское дело и в начале века также был священником в станичной церкви. Династия Наумовых, образованнейших людей того времени, сослужила добрую славу в культурном развитии станицы Романовской.

Старый храм был закрыт в советское время. Использовался как клуб, на сцене которого школьницей выступала и автор строк. Позже здание разобрали.

Сохранился дом священника и здание церковно-приходской школы. В 2004 году начато, в 2010-м завершено строительство храма архангела Михаила.

Краеведы-станичники совместно с администрацией Волгодонского района проделали большую работу по изучению архивных документов. На основании исторических данных в августе прошлого года собрание депутатов Романовского сельского поселения утвердило датой образования станицы 1613 год.

По материалам сайта: http://volgodonsc.ru