ИВАН ЕГОРОВИЧ СТАРОВ
(1744-1808)

Произведения Старова отличают идейная и художественная выразительность, ясность и логичность планировочного и объемного решения, монументальность, достигнутые лаконичными средствами. В своих творческих исканиях Старов был на уровне высших достижений культуры своего времени. По своей величавой простоте, архитектоничности, скульптурности его произведения могут быть поставлены рядом с лучшими сооружениями всех времен и народов. Знаток истории искусства академик И.Э. Грабарь называл Старова "одним из одареннейших зодчих мира". Иван Егорович Старов родился 5 февраля 1744 года в Москве в семье дьякона. Для того времени это была весьма культурная среда. Он обучался в школе для детей "духовного чина". Когда мальчику минуло одиннадцать лет, родители, стремясь дать ему светское образование, отдали сына в гимназию при Московском университете. Он стал одним из первых ее питомцев.

С самого основания Академии художеств в ней преподавал Александр Федорович Кокоринов. Он был одним из первых профессоров академии, а в 1761 году стал ее директором. Именно в том году Кокоринов сообщил И.И. Шувалову о результатах экзаменов, состоявшихся 1 сентября 1761 года, на которых Иван Старов занял первое место по архитектурному классу.

Впоследствии у Кокоринова и Старова появились родственные связи. Кокоринов женился на старшей дочери богача-горнозаводчика Г.А. Демидова, Пульхерии Григорьевне. Она же была родной сестрой жены Старо-ва, Натальи Григорьевны. Несмотря на значительную разницу в возрасте (восемнадцать лет), отношения зодчих были не только родственными, но и дружескими. После кончины Кокоринова в 1772 году Старов спроектировал надгробие для его могилы.

Если даже ограничиться упоминанием только двух имен - Кокори нова и Деламота как архитектурных наставников Старова в Академии художеств, то серьезность его подготовки станет очевидной. Старов оказался в числе воспитанников первого выпуска Академии художеств, состоявшегося в 1762 году. Восемнадцатилетний архитектор получил основательную теоретическую подготовку. По окончании академии Старову вручили шпагу (знак личного дворянства), а за успехи и несомненный талант - золотую медаль, дававшую право на заграничную поездку.

По "Уставу Академии художеств" начиная с 1760 года тех, кто "отлично себя успехами и прилежностью оказали", отправляли на три года "в чужие край". Командированным за границу выплачивали "пенсион"; посланные за рубеж художники и архитекторы назывались пенсионерами. Приказом тогдашнего президента Академии художеств И. И. Шувалова, подписанным 7 января 1762 года, Старова направили во Францию для изучения "славнейших древностей".

Осенью 1762 года Старов прибыл в Париж. Начались годы овладения достижениями европейского зодчества. Лишь 1 сентября 1768 года двадцатичетырехлетний архитектор возвратился в Петербург. Из шести лет, проведенных вдали от родины, пять он прожил в Париже и год в Италии.

В Париже Старов практиковался у архитектора Шарля де Вайи. Вначале он знакомился с проектами знаменитых зодчих, копируя их. Затем начал проектировать, руководствуясь программой Королевской Академии архитектуры - одного из лучших в Европе высших художественных заведений. Один из рапортов Старова, относящихся к этому периоду, характеризует его как скромного и требовательного к себе человека, способного критически относиться к собственным произведениям. В 1764 году он сделал по программе академического конкурса проект здания "Коллегии всех наук". Об этой работе он сообщал: ". сии рисунки могут быть лучше моих прежних, однако они гораздо еще слабы против тех, которые посылаются в Рим на три года от здешней Королевской архитектурной Академии".

В сентябре 1766 года пришло долгожданное дозволение ехать в Рим "и пробыть там один год и шесть месяцев во всей Италии". Впоследствии этот срок сократился до года. В Риме Старов не только тщательно осматривал, но по возможности обмерял и подробно описывал древние сооружения. В журнале большого собрания членов Академии художеств от 1 сентября 1768 года записано: "Возвратившийся из чужих краев посланный от Академии архитектурного художества пенсионер Иван Старов по пред ставленным от него прожектам удостоен назначенным". Это означало; что Старову было предоставлено право выполнить проект на соискание звания академика. Каждый год жизни архитектора теперь был отмечен какой-либо значительной работой. В 1769 году Старов выполнил свой первый самостоятельный проект - Сухопутный шляхетский корпус. В течение первых двух лет после возвращения на родину он занимал должность архитектора "при строении" этого здания. Чертежи корпуса не сохранились.


В 1772 году Старова определили в "Комиссию о каменном строении Санкт-Петербурга и Москвы". В задачи Комиссии кроме вопросов, связанных с работами в столицах, входило и регулирование строительства в других городах. Здесь Старов вплотную соприкоснулся с практикой градостроительства. В течение двух лет с его участием решаются вопросы застройки "погоревших мест" в Москве, Любиме и Порхове и разрабатываются проекты планировки таких древних русских городов, как Псков, Нарва, Великий Устюг, Воронеж.

В начале 1770-х годов Старов строит дворцовые ансамбли в Богоро-дицке и Бобриках под Тулой. Спустя два года после разработки этих проектов, в 1773 году, Старов возводит для С.С. Гагарина великолепный усадебный дом в селе Никольском, теперь примерно в девяноста километрах от Москвы. Эта усадьба своим композиционным строем и удивительной пластичностью форм во многом предопределила облик усадебных построек, созданных Огаревым под Петербургом, внеся и в них мягкость и колорит Подмосковья.

Храм и колокольня в Никольском-Гагарине свидетельствуют и о глубоком творческом освоении Старовым мирового архитектурного наследия, и о дальнейшем развитии художественно-композиционных приемов допетровского зодчества.

По поводу колокольни села Никольского И.Э. Грабарь писал, что, "не будь подписных чертежей Старова, нельзя было бы и мысли допустить, чтобы эта строгая эллинская дорика колонн, эта внушительная пустынность мощно разрустованного низа, несущего колоннаду второго яруса, могли родиться в голове русского художника 1770-х годов. Самый храм..-. тоже смотрит моложе своих лет. но стиль колокольни точно издевается над всеми законами эволюции. Здесь не только предугаданы грядущие пути и намечены вехи, но совершен невероятный, прямо фантастический скачок в будущее столетие и властно воплощена воля ближайшего, не родившегося еще поколения". В начале и середине 1770-х годов Старов проектирует и строит три оригинальных ансамбля невдалеке от Петербурга - дачу А. Г. Демидова на Петергофской дороге и усадьбы для братьев А.Г. и П.Г. Демидовых - своих шуринов - в Тайцах и Сиворицах.

В 1774 году Старов приступает к воплощению в натуре одного из своих самых капитальных произведений - Троицкого собора Александре-Невской лавры, который заканчивает в 1790 году. Облик ансамбля и парка перед ним со стороны Невы производил удивительно цельное впечатление. В этом проявилось умение Огарева найти масштабную и стилистически выразительную доминанту, соподчинявшую все элементы композиции, сливая их в единое целое.

Троицкий собор удивительно гармоничен, и достигнуто это прежде всего соразмерностью купола и колоколен. Башни колоколен, выдвинутые вперед и включенные в "тело" собора, придают его облику со стороны главного фасада величие. Купол же, более высокий, чем башни, но рассчитанный на восприятие издали, лишь уравновешивает композицию, не подавляя ее. С середины 1770-х годов творческая деятельность Старова становится широкой и многогранной. Он выполняет различные архитектурные работы по заказам выдающегося государственного деятеля, человека острого ума и неукротимой энергии Г.А. Потемкина.

В 1778 году Старов разрабатывает для Потемкина проекты увеселительного дома в Озерках и дворца в Осиновой Роще. В 1782 году приступает к проектированию на участке Конной гвардии дворца, названного впоследствии Таврическим. Одновременно (1783-1790) Старов создает резиденцию для Потемкина в Островках на Неве.

Расположение дворца на окраине города продиктовало принцип объемно-пространственного решения здания, включающего главный корпус и два флигеля, объединенных с ним галереями. Место дворца в структуре города, его широкая обозримость предопределили его план, масштаб, сочетание объемов и архитектурный облик.

Если мощные аккорды высотных композиций Смольного монастыря и Александро-Невской лавры контрастировали с низкими берегами широкой и полноводной Невы, то Таврический дворец как бы усмирял - уравновешивал - взлеты архитектурных масс плавными разворотами крыльев спокойного невысокого здания.

Архитектура Таврического дворца отмечена удивительной гармонией решения фасадов, объемов и плана - качествами, которые присущи только действительно прекрасным произведениям искусства. В архитектоническом строе Таврического дворца заложена идея силы и мощи русского государства. Величавой торжественностью овеяны интерьеры главного корпуса - Купольный зал и Большая галерея. Единство ордера Купольного зала и Большой галереи делает переход из него в галерею и органичным и эффектным.

Общая стоимость материалов и работ по сооружению Конногвардейского дома составляла около трехсот двенадцати тысяч рублей. 13 апреля 1791 года в Конногвардейском доме устроили грандиозный праздник в честь взятия русскими войсками крепости Измаил.

В 1786-1790 годы Старов выполняет для юга России большие проект-но-строительные работы. По его замыслам на берегах рек вырастают усадьбы, в городах возводят дворцы, гражданские и культовые сооружения, ансамбли. В 1786 году Старов строит усадебный дом в Дубровицах на реке Горынь. Обилием работ отмечен 1789 год. Зодчий проектирует усадебный дом, гостиный двор, выполняет чертежи перестройки церкви для Дуб-ровно на Днепре, западнее Смоленска, годом позже Старов создает проект планировки Екатеринослава. Градообразующим центром вновь основанного города по этому проекту явился дворец, сооруженный Огаревым для Потемкина в 1786-1787 годах.

Генеральный план Екатеринослава - яркая страница не только в творческой биографии Старова. План вошел в историю отечественного градостроения. Одновременно с разработкой общей планировки Старов проектирует для города собор, казенные и обывательские строения.

В 1790 году Старов строит усадебные дома для Потемкина и его племянницы графини А. В. Браницкой, церковь, фонтан и гранитную купальню в сельце Богоявленске, спланированном им на берегу Буга. 1790 год ознаменован проектом планировки города Николаева на реке Ингул и построек, оформляющих главную городскую площадь, - собора, здания магистрата и "каменных лавок".

Последняя работа Старова, связанная с именем Потемкина, - мавзолей для всесильного князя в имении А.В. Браницкой. Авторские, хотя и не подписные, чертежи этого несколько помпезного строения хранятся в Государственном Русском музее.

Одна из самых значительных работ Старова 1784-1789 годов - дворцовый ансамбль в Пелле, под Петербургом, на Неве.

Строительство сначала шло исключительно быстро. Здание возводилось из лучших материалов, с привлечением опытнейших мастеров. К 1789 году основные корпуса подвели под крышу. В том же году работы в Пелле приостановили. Екатерина II объясняла это начавшейся войной с Турцией. Пелла - гигантский дворцовый ансамбль, который по грандиозности замысла и композиции можно сравнить со строениями зодчих античного мира, отличавшимися тонким пониманием условий природной среды. Старов мастерски использовал особенности территории, замкнутой меж-ДУ берегом Невы и Шлиссельбургским трактом. Структура пеллинского дворцового ансамбля распахнута навстречу речным просторам и вместе с тем гостеприимно открыта со стороны дороги, ведущей из столицы, находящейся от него в тридцати девяти километрах.

Главный фасад ансамбля обращен к Неве. Учитывая эффект восприятия с дальней перспективы, Старов разместил невдалеке от берега трехчастную композицию - центральный парадный трехэтажный корпус и два симметричных двухэтажных, выдвинутых вперед и перекрытых куполами на высоких барабанах. Корпуса связаны с центральной частью галереями.

Идея связи с водным пространством материализована Огаревым в ансамбле Пеллы сооружением большой пристани, от которой в сторону дворца поднимались широкие марши каменной лестницы. Северный фасад со стороны Невы впечатляет монументальностью и четкой определенностью объемных соотношений. Одноэтажные галереи подчеркивали ритм всех трех частей дворца, который удачно акцентировался лентами балюстрад.

Двенадцать лет, с 1786 по 1798 год, Старов - главный архитектор руководящего архитектурного органа России - "Конторы строений ее императорского величества домов и садов". Он возглавляет работы в Зимнем, Мраморном, Аничковом, Чесменском дворцах и в Шепелевском доме. Интерьеры Зимнего дворца, созданные Ф.Б. Растрелли, к 1780-м годам перестали отвечать изменившимся вкусам. Парадная половина дворца была перестроена в приемах классицизма. К работам привлекли Старова и Кваренги.

Старов работал в Зимнем дворце с 1788 по 1793 год. Он перестраивал северо-западный угловой корпус, обращенный к Неве и в сторону Адмиралтейства. По-видимому, Старову принадлежала новая отделка Портретного и Зеленого залов. Он также переделывал юго-западный угловой корпус, где был дворцовый театр.

К Зимнему дворцу примыкал дом обер-гофмаршала Д.А. Шепелева. Он был соединен переходами с Малым и Старым Эрмитажами. В 1795 году Старов создал в Шепелевском доме декоративно-художественное убранство интерьеров бельэтажа. Отделывал он интерьеры и в Мраморном дворце. Не однажды Старов выполнял заказы Шереметевых - одной из богатейших аристократических семей. Он исполнил проект дворца Н.П. Шереметева на Никольской улице в Москве (1789-1792) и усадьбы Вознесенское на Неве (1794).

Последние работы Старова - Богородицкий собор в Казани (1796) и Покровская церковь в. Большой Коломне в Петербурге.

Несмотря на огромную занятость, Старов всегда тяготел к преподавательской работе. Но отношения с Академией художеств у него были слож ными и противоречивыми. Еще в 1769 году, как написано в постановлении Совета, по собственной инициативе он начал "отправлять в Академии должность адъюнкт-профессора" (помощник профессора). Но вскоре из-за большой занятости, а также, как указывают исследователи, в связи с "трениями с академическим руководством" он оставляет преподавательскую деятельность. Лишь в 1785 году, получив звание профессора, Старов возобновляет преподавание в академии. В 1791 году Старов становится членом ее Совета. Спустя два года ему пожаловали орден Владимира III степени. В 1794-м его избрали адъюнкт-ректором архитектуры.

О серьезном отношении Старова к преподаванию говорит и его тщательное изучение увражей, рисунков, картин, гравюр, работ старых мастеров и современников. Заметим, что помощником Старова - преподавателя Академии художеств долгие годы был А.Д. Захаров - впоследствии великий зодчий. Старов был связан с Петербургом не только учением, строительной деятельностью и преподаванием. Он жил во многих частях столицы.

Молодой адъюнкт-профессор архитектуры Старов в течение нескольких лет, начиная с 1772 года, вместе с семьей занимал дом на Шестой линии Васильевского острова. Возведенный в 1720-1730 годах дом был двухэтажный, с деревянными службами и небольшим садом. Он принадлежал жене Старова, Наталье Григорьевне Демидовой. С Васильевского острова Старовы переехали на Симеоновскую улицу, в дом, который также входил в приданое Демидовой.

Как и многие архитекторы-современники, Старов спроектировал и построил жилище для себя. Дом Старова, возведенный им во второй половине 1780-х годов, был расположен на углу той же Симеоновской улицы и набережной Фонтанки. Старовы переехали в свой нарядный трехэтажный дом вместе с пятью сыновьями - Александром, Петром, Павлом, Михаилом и Иваном. В доме на Фонтанке в 1790 и 1791 годах у Огаревых родились две дочери - Наталья и Анастасия. Судьба дочерей Старова обычна для девушек того времени. Они были выданы замуж. Четверо сыновей Старова в какой-то степени были причастны к архитектуре, но не унаследовали таланта отца.

В доме на Фонтанке Старов прожил до 1804 года, когда архитектор, уже очень больной, продал свой дом на Фонтанке и приобрел у купца П. Е. Гусева скромное двухэтажное строение с садом.

Скончался архитектор в 1808 году.

Рекомендуем ознакомится: http://www.booksite.ru